День победы в доме престарелых

День победы в доме престарелых

Дом престарелых. Это звучит тревожно и одиноко даже для тех, кто далек от старости. Что же до старшего поколения… Никакой уровень комфорта не заставит их желать оказаться там. Такие места посещать тяжело, даже когда едешь к родному человеку. Тем более удивительно видеть молодых людей, которые целыми семьями приезжают к совершенно чужим людям. Из гремящего парадами и военными песнями Петербурга в Павловск, в Дом ветеранов. Участники акции «БабушкиНа радость» делают это с одной-единственной целью — подарить одиноким старикам настоящий Праздник.

DSC_0131

Волонтеры собираются в Доме ветеранов с раннего утра. Те, кто на машине, подвозят коробки со сладостями и большую часть цветов — традиционных гвоздик. Все подарки были куплены самими волонтерами и неравнодушными людьми, которые не смогли сегодня приехать, но тоже хотели поучаствовать. Дом ветеранов состоит из двух корпусов. Поздравлять начинают со второго, дальнего. Группы волонтеров распределяются по этажам и, сверяясь со списком «постояльцев», обходят комнаты. Списки — это важно. В них указаны не только имена и фамилии, но и медицинские показания ветеранов. Диабетикам и аллергикам нужно подарить особые комплекты.
«Когда заходите в комнату, обязательно уточняйте, кто перед вами. Так и спрашивайте, по имени-отчеству, — инструктирует новичков Анастасия, координатор «БабушкиНа радость». — Это не только для того, чтобы знать, кто диабетик, а кто нет, вы должны понимать, кто перед вами. Воевал ли этот человек? Или был в то время ребенком? Это важно».
Комнаты второго корпуса очень похожи на больничные палаты. И, как и палаты, выглядят они по-разному. Есть большие, на пять человек. Есть двух- и трехместные. А есть комнатки на одного постояльца, как правило, сдвоенные, с общим коридором и санузлом. Мы оказываемся как раз перед такими. На «входной» двери — номер и полные имена жильцов. Двое мужчин, оба — фронтовики. Юрий Николаевич, теперь совершенно слепой, попал на фронт в 16 лет. Был награжден медалью за отвагу, «и другими орденами».
«Форму с наградами я надеть не могу, мне ее не привезли, потому что она для меня очень тяжелая, — рассказывает он волонтерам. — А вот пиджак надену, на нем один орден есть. Я на Севере воевал, и на Байкале. Служил на катерах. После войны — на трофейных немецких. Был и в Польше, и в обоих Германиях. В 53-ем демобилизовался, в чине старшего сержанта». Юрий Николаевич хлопает по карманам, потом ощупью находит на кровати («выпала, я уж думал, что потерял») красную книжечку. В нее вложены несколько фотографий: он, молодой, в форме, гордо и с достоинством смотрит в объектив. И более поздняя, на ней Юрий Николаевич уже с сединой. Он говорит долго, сбивчиво. Мы слушаем. Нас в комнате шесть человек, чтобы поместиться, некоторые садятся на корточки у кровати. Он нас не видит и почти не слышит. Когда Юрий Николаевич устает, мы прощаемся и идем дальше — впереди еще много дверей.
Кто-то из ветеранов живет здесь уже много лет, кто-то только недавно въехал. Общаясь с ними, поражаешься их жизнелюбию, оптимизму и внутренней молодости. И невольно ловишь себя на мысли: а буду ли я таким же в неполных девяносто? Жизнь здесь действительно кипит. Постояльцы (не поворачивается язык назвать их стариками) ходят друг к другу в гости, создают клубы по интересам и даже обзаводятся семьями.
«Не удивляйся, — смеется Анастасия — Здесь есть несколько пар, молодожены. Почему бы и нет? А вот сейчас ты увидишь по-настоящему идеальную пару».
На крыльце на скамейке сидят двое, он и она. Даже внешне чем-то похожи.
«Нас всегда все фотографируют, — говорит женщина с улыбкой. — Мы поженились, когда мне было 55, а ему — 58. И уже 25 лет вместе. Любим друг друга очень. Вот мой рецепт семейной жизни — не нужно торопиться выходить замуж. Тогда все хорошо будет».
Они остаются греться на солнышке, а мы идем в первый корпус. Здесь все совершенно по-другому. Комнаты обставлены мебелью, явно привезенной из дома, на стенах — советские ковры, на потолках — настоящие люстры. Полноценные квартиры, только маленькие. Да их здесь так и называют. Оплата проживания для всех одинакова — чуть больше 9000 рублей, почему же такая разница? Как рассказали сотрудники Дома ветеранов, местную «квартиру» получают те, кто отписывает свою квартиру государству. А тем, кто переезжает из коммуналок, достаются совместные комнаты. Безжалостная в своей логичности система. Персонал же никаких различий не делает. И в первом, и во втором корпусе, за стариками ухаживают и их берегут. Особенно тех, к кому никто не приезжает, или приезжают редко.
«Так хорошо, что вы приехали, — звучало почти в каждой комнате. — Особенно, что с малышами. Теперь мы видим вас, видим их, и уверены, что вы будете воспитывать детей правильно. Так, чтобы война больше никогда не повторилась. Теперь мы за это спокойны».
Будет исполнено.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *